Под рекой течет река

Автор Б. Тимофеев. Ветер странствий №17.

У этой карстовой речки есть одна таинственная особенность: в своем течении Рагуша, как сказано в словаре географических названий, исчезает под землей и бежит там целых два километра. Вырвавшись затем на волю, она мчится по сплошным порогам в узком известняковом каньоне глубиной до ста метров среди обнажений коренных пород, где можно отыскать окаменелости древней фауны, вести географические наблюдения. Одним словом, имеется случай заглянуть в отложения карбоново! о периода, возраст которого «всего» около 300 миллионов лет. И прописана речка не за тридевять земель, а в моей же. Ленинградской, области.

Любопытно, однако, почему вдруг речка бежит под землей и как это выглядит? В Ленинградском гидрологическом институте меня разочаровали сразу: «Карст? Ну какой карст на Рагуше? Вот на Уфимском плато или в Сибири — там карст». Стало быть, гидрологов «домашний» карст не интересует. Попробуем взглянуть на вопрос с другого конца. Коль речка бежит под землей, должны быть подземные пустоты. «Так ты считаешь, что там есть и пещеры?» — искренне удивились друзья: спелеологи, которые за последние 10 лет открыли и описали около 150 пещер в Архангельской области. Им хорошо известен карст Крыма и Кавказа, но на Рагуше они ни разу еще не побывали.

Ну, а что.же известно в научно-историческом аспекте? В 1907 году Ратушу посетил член географического отделения императорского Общества любителей естествознания А. Колмогоров. Он в общих чертах описал озеро, откуда берет начало речка суходол в каньоне и попытался обосновать теорию провального происхождения каньона. Другой исследователь — А. Стопневич спустя 14 лет также лишь на скорую руку успел кое-что посмотреть на Рагуше. Можно назвать несколько не более содержательных статей, опубликованных в конце прошлого века. В предвоенные годы в этом районе серьезно работали советские геологи, однако их интересовали полезные ископаемые, а не карстовые особенности речки.

Вот ведь как получается! От Ленинграда до Ратуши пять-шесть часов езды, и люди бывают там часто, не говоря уже о местных жителях, но известно о речке по-прежнему мало. Одним словом, складывается ситуация, когда лучше всего посмотреть все собственными глазами. А вдруг удивительное и в самом деле рядом? Надо только, чтобы чего не просмотреть, хоть раз пройти всю речку сверху вниз.

На первый взгляд Рагуша самая обыкновенная лесная речка, каких в России немало. Начинается она в соседней, Новгородской, области, вытекая в летнюю межень небольшим ручьем из живописного Никулинского озера, расположенного на северо-востоке Валдайской возвышенности неподалеку от абсолютной отметки 280 метров. По нашим «равнинным» понятиям высота значительная.

Примерно одну треть своего пути речка спокойно струится по типичной, местами труднопроходимой, заболоченной тайге, в которой до сих пор водятся ставшие редкими в Европе бурые медведи. Их следы встречаются здесь даже на лесных дорогах. Километров через десять Рагуша круто поворачивает на север. Резко меняется и характер ее поведения. Теперь, набирая скорость, она кипит на порогах, стремительно скатываясь с Валдая.

Когда до встречи с рекой Воложбой, в которую впадает Рагуша, остается не более двенадцати километров, дикий лес наконец расступается, и речка, угомонившись, некоторое время вновь спокойно петляет среди просторных, пологих холмов. На одном из таких холмов когда-то стояла деревня Березине Однако отсутствие дорог, электричества и прочих благ современного села привело к тому, что лет пятнадцать назад последний оседлый житель перебрался в ближайший благоустроенный совхозный поселок.

Через три километра по правому берегу реки находится место еще одной бывшей деревушки — Захожи. Захожа — важный ориентир в путешествии по Рагуше, так как именно здесь задолго до «главных событий», описанных в литературе, происходит первая встреча с явлением, которое сразу как-то и в голове не укладывается. Широкий, плавный склон долины, приблизившись к Рагуше, внезапно обрывается кругобортным амфитеатром к большой, метров двадцать в поперечнике, соединенной с руслом реки короткой горловиной. По горловине все время заметно движется вода. Но куда? Из реки!.. Смотришь и собственным глазам не веришь. Заводина с трех сторон наглухо закрыта высокими бортами амфитеатра — стало быть, она бессточна! Тем не менее рагушинская вода непрерывно вливается в нее широким потоком, и уровень ее при этом нисколько не меняется... Мы слишком привыкли, что реки оттого и существуют, что всячески собирают воду из различных источников. А тут все наоборот — река отдает свою воду на сторону.

Однако карст есть карст, и для Рагуши, оказывается, все нормально. Рагуша — карстовая речка, а странная, с виду бессточная, заводина — обычная для поверхностного карста поглощающая ворона дне которой находится понор - отверстие, соединяющее воронку с вечной темнотой речного подземелья. Рядом с этой воронкой оказалось несколько воронок поменьше, также отводящих часть реки под землю. Кое-где вода фильтровалась прямо через трещины небольших обнажений известняка по урезу Рагуши. Далее, на пять-шесть километров вниз по реке, воронок нет.

Позади три четверти пути. На этом участке Рагуша не закарстована. В районе Захожи расположена первая зона немногочисленных, но достаточно мощных по забору воды карстовых воронок, которые в засушливую пору способны разгрузить Рагушу полностью. И тогда русло реки на протяжении не двух, как сказано в «Словаре», а семи-восьми километров остается совершенно сухим. «Коров негде напоить», — жалуются новгородские пастухи.

Конечно же. каждый человек, увидев, как целая речка исчезает под землей, спросит: «Куда ведет подземное русло Рагуши?» На сегодня это загадка. Специальных исследований, насколько известно, не проводилось. Точный ответ могут дать спелеологи-любители, собирающиеся подкрасить безвредным красителем воду около Захожи и проследить место ее выхода на поверхность. Однако они только еще собираются... Разумеется, есть «бесспорное» мнение местных жителей, которое опирается на умозрительные рассуждения, что, несомненно, требует специальной проверки. Но об этом ниже.

...Километра за четыре до встречи с Воложбой расположен единственный шоссейный мост через Рагушу, связывающий несколько совхозных поселков с райцентром. Как ни странно, мост сооружен почти в эпицентре второй, намного более мощной и активной, зоны карстовых воронок. Когда в Рагуше много воды, она здесь устремляется под землю буквально на каждом шагу. Воронки, щели, трещины, большие разломы, карстовые ванны (цепи воронок) ратбросаны во множестве и по дну русла, и по урезу воды, и на высоких, заросших лесом берегах. Однако особое внимание, конечно, привлекает обширное скопление воронок, слившихся фактически в единую котловину по правой стороне Рагуши метров за сто пятьдесят до моста. В паводки, которые здесь бывают достаточно обильными и за счет большого падения продольного профиля русла реки весьма напористыми, поверхностный поток, несмотря на значительную разгрузку в районе Захожи, остается мощным. Добежав до котловины справа, Рагуша делится пополам: часть воды через глубокую протоку бурно вливается в котловину, похожую в этот период на залив площадью 150X250 метров, оставшаяся часть продолжает путь к мосту. Вдоль северного берега залива видны сильные водовороты — здесь вода через поноры уходит под землю.

В маловодье, когда основная Рагуша разгружается в районе Захожи, остатки воды если и достигают второй зоны, то уже в виде слабой речушки-ручья. Свернув в котловину, дно которой теперь открыто и по нему можно ходить, водоток, преодолевая поваленные деревья, кустарники и принесенный в паводок всякий лесной хлам, как-то по-мышиному незаметно исчезает под камнями, кочками и корнями деревьев, фильтруется прямо через песок. Речка кончается вдруг, на глазах. Русло есть, а воды как не бывало. Теперь в сторону моста и далее километра на два русло Рагуши почти на протяжении всего лета напоминает пыльную ступенчатую крупнобулыжную мостовую.

В паводки Рагуша, поделившись водой с котловиной, уверенно устремляется к мосту. Но уже сразу за мостом водоток еще раз делится примерно пополам. Часть Рагуши продолжает бежать влево по поверхностному руслу, часть, развернувшись круто вправо-назад, шумно скатывается по каменистым ступеням еще в одно скопление воронок, расположенное... под самым основанием высокой насыпи перед мостом. И уж совсем не по себе смотреть, как с обеих сторон правого ряжа мостовых опор задорно крутятся пенистые водяные волчки...

Принято считать, что от моста начинается так называемый Рагушский каньон. Действительно, коренные берега Ратуши, сблизившись после моста, больше не расходятся и чем дальше вниз по течению, тем становятся выше. Однако, если быть точным, по типу это все-таки не каньон, а V -образная речная долина, поскольку берега не всюду отвесны, на всем четырехкилометровом участке долины четко выражена речная пойма.

Каньон Рагуши чрезвычайно интересен, особенно когда в реке много воды. Следуя прихоти каменных боргов, русловой поток, отвернув та мостом влево, тут же редко бросается вправо. На этом вираже речная вода яростно таранит пока еще невысокую стенку вертикального обнажения коренных пород, известняков и доломитов, из года в год вскрывая тайны тысячелетий. Именно здесь можно отыскать крупные, с кулак, окаменевшие отпечатки моллюска гигантус продуктус и кораллов, друзы и жеоды кальцита — вторичные образования растворенного в воде известняка.

Около двух километров «лишняя вода», которой не хватило места под землей, бурным потоком мчится по порожистым россыпям камня, а кое-где — по гладким, будто бетонный паркет взлетно-посадочной полосы аэродрома, громадным плитам известняка. Падение продольного профиля русла происходит буквально на каждом метре. Понятно, что в подобных условиях эрозионная деятельность водотока значительна. Ратуша на этом участке выбила четыре небольших водопада так называемого ниагарского типа. Это когда его ширина превосходит высоту падения воды. Шагать по такому потоку можно в любом направлении — он шумлив и дерзок, но вовсе не опасен. Если внимательно присмотреться, увидишь, что сквозь красновато-мутную воду топорщатся молоденькие самоссянцы вяза, ивы, березы, рябины, ольхи, какие-то цветки. Откуда они взялись на дне реки, догадаться нетрудно: их семена занесены либо водой, либо ветром. И поскольку вода на этом суходольном участке Рагуши бывает лишь в сильные весенние и летние ливневые паводки, растения успевают укорениться. Ледоход, конечно, сдерет неокрепших новоселов, однако за долгое лето успеют вырасти другие.

Очень интересно идти по этому, если можно так сказать, запасному, руслу Рагуши, зная, что где-то внизу, возможно прямо под тобой, катится основная масса речной воды по своему постоянному руслу, подземному. Нет сомнений, что для пропуска такого огромного количества воды должны быть соответствующие по объему и подземные пути-дороги. Увы, что и как там, под землей, пока никто не знает.

Это вторая большая загадка Ратуши.

В маловодье сухой участок Рагуши неинтересен. Озадачивает иное. Коль ныне по поверхностному руслу Ратуша течет всего несколько раз в году, то какая же сила рассекла коренные породы, показала огромные плиты известняка, вырубила двухметровые водопады? Разумеется, сделать что могла только сама река. Но если так, то этот отрезок каньона не всегда был сухим. Продолжительное время основная масса воды скатывалась и по поверхности, и лишь из-за большого уклона водотока, трешиноватости коренных порол и их способности к выщелачиванию Рагуша пробила себе еще один путь, подземный. Размеры полости или ряда полостей, возможно сообщающихся между собой, будут постоянно расти. Суходол же рано или поздно совсем останется без воды.

Кончается сухое русло еще более внезапно, нежели начинается. Из-за поворота сквозь лес левой пойменной террасы все сильнее доносится низкий рокот воды. Поворот. Минуем живописный метровый водопад — и перед главами открывается редкая по своей необычности картина. Из крутого левого борта каньона вырывается цепь могучих белопенных потоков. Один, второй, третий... пятнадцатый! Пятнадцать четко выраженных исполиновых, или воклюзеких (Воклюзы - деревушка во Франции, близ которой имеются подобные выходы подземных вод), источников напорного типа. Местные жители, ничего не ведая о французской топонимике, довольно удачно окрестили их «вытеками». Просто и понятно. Спадет большая вода, и количество и мощность источников уменьшатся. Побывавший здесь в начале века географ А. Колмогоров насчитал всего два таких источника. Но источники источниками, вода тут сочится и выбивается из-под земли на каждом шагу: между корнями деревьев, из трещин в каменных обнажениях вертикальными струями прорывается с только что возродившегося поверхностного водотока. С щи о момента в многоводье по каньону грохочет уже не игривая речушка, а настоящая горная река, с которой шутить нельзя.

Совсем мало кто знает, .что подземная Рагуша еше не вся на свободе. Она круто меандрирует вправо, вгрызается в высокий, скалистый гребень, отторгая от него многочисленные блоки коренных горных пород, которые при поддержке сил бортового отпора рано или поздно падают в воду, загромождая русло. За гребнем, опять-таки слева, но теперь уже на пологом участке склона и далеко от русла, прямо между деревьями в многоводье бурлит еще около двадцати вытеков. Только теперь можно сказать, что вся Рагуша выбралась на дневную поверхность. Между тем борта каньона достигнет высоты по меньшей мере 25-этажного дома. Терзая камень бортов, река неистово мчится до самой Воложбы, создав по пути два прочных залома из вывороченных деревьев, бревен, досок и порубочного хлама, принесенного с верховьев, где новгородцы валят лес по берегам и порой, под шумок, спихивают в воду то, что не идет в дело...

В каньоне все требует внимания. Однако есть особо привлекательные места. Километра за полтора до устья, слева, с отвесного уступа первой террасы, едва выбравшись из-под земли, срываются вниз и тут же исчезают в каменной осыпи шесть-семь ручьев-водопадов, теперь уже йоссмитского типа, у которых высота намного больше ширины. Это урочище Белые Ключи. Пробежав десяток метров по горизонтальной площадке террасы, покрытой толстым слоем тестообразной минеральной краски темно-коричневого цвета, вода ключей по-прежнему остается прозрачной и холодной, с ощутимым железистым привкусом. По словам местных жителей, эти ключи круглый год действуют с постоянным расходом воды. Метров на пятьдесят выше Белых Ключей по ступенчатой каменной стенке скатывается Холодный Ключ. Рассказывают, что некогда около его истока стояла часовенка и люди спускались сюда по вырубленным ступенькам за «святой» водой. Ни ступенек, ни остатков часовенки найти не удалось. Зимой Холодный и Белые Ключи обрастают фантастическими глыбами голубого льда. По прозрачности, цвету, вкусу и температуре вода ключей не похожа на рагушинскую. Очевидно, питаются они какими-то иными подземными водами, хотя располагаются примерно на том же уровне, что и речные вытеки, и все с того же, левого, борта, тогда как большинство поглощающих воронок находится на правом берегу. Таким образом, поверхностное и подземное русла Ратуши неизбежно пересекаются друг с другом. Под рекой течет река...

Стоит рассказать еще об одном карстовом явлении, на первый взгляд никакого отношения к Рагуше не имеющем. Скорее всего, это третья загадка, о сути которой рассуждать можно лишь предположительно. В двух километрах восточнее моста раскинулся по холмам небольшой совхозный поселок Рудная Горка, а еще восточнее, примерно в трех километрах в сторону от Рагуши, в неглубокой лощинке из земли вдруг вытекает целая речушка — по-местному - Кипячий Ключ, — состоящая из пяти восходящих напорных источников. Когда-то на Кипячем Ключе вертелись жернова двух мельничных поставов, работала крупорушка, звенела циркульная пила. До сих пор в кустах доживают свой век позеленевшие бревна сооружения, по обломкам гранитных жерновов бежит вода Ключей. Нынче здесь стоит простенькая насосная станция, снабжающая водой жителей Рудной Горки и совхозные службы. Да вот беда: когда в Рагуше мутнеет вода, мутнеет она и в Кипячем Ключе, и, так же как в вытеках по левому борту каньона, она не кажется холодной на ощупь... Работающий на станции много лет уроженец Захожи Иван Тимофеевич Меньшиков утверждает, что начинается подземная речка как раз в той самой большой воронке около его родной деревушки. Какие доказательства? Да пока никаких. Есть лишь довод: «А откудова ей еще и браться?»

Аргумент не слишком убедительный. Карстовые явления, и в частности поглощающие воронки, ключивытеки, подземные русла, в этом районе имеются и на соседних речках — Черенке и Лининке, правда выражены они не столь ярко, как на Рагуше. Гидрология карста чрезвычайно своеобразна, и простых предположений для объяснения его проявлений, разумеется, недостаточно. Но это и завлекает.

Рагуша в ее среднем течении и особенно рагушинский каньон — уникальное творение природы. Несколько лет назад каньон объявлен памятником природы. Его дикая, чарующая красота неповторима. На Рагуше надо побывать только раз. После этого ежегодно будешь искать встречи с ней...

Вверх страницы | На главную